Пассажиры почувствовали бы, что они близки к своему приезду по ряду причин. Первой из них был запах, когда воздух начал меняться под воздействием запахов масла и мускусных загрязнителей машин, работающих на заводах, расположенных вдоль нью-йоркского портового фронта. Запах был не единственным изменением для многих иммигрантов. Теплая и успокаивающая Европа уже не ощущалась на шкурах пассажиров, а на хрустящей и освежающей прохладе, которая шла из морских соленых вод Атлантического океана. Несмотря на то, что первое впечатление не было манящим, пассажиры все-таки сделали месторасположение знаменитой Статуи Свободы, по большей части знаком свободы, мира и возможностей. По мере того, как лодка приближалась к причалу, многие начинали хлопать, в то время как другие плакали слезами от радости и волнения.

После двух недель морской болезни и морских ног, многие с нетерпением ждали, когда же они сбегут с лодки и начнут приплывать в Нью-Йорк. К сожалению, это было не так, когда причалившие санитары осматривали каждое судно, прибывавшее сюда на болезнь. Пассажиры первого и второго классов осматривались на борту судов, в то время как пассажиры третьего класса перевозились на остров Эллис-Айленд для обработки.